Не так давно мне довелось побывать в мечети. Слушайте! Как там все непривычно устроено для нашего православного взгляда. Первое, на что я обратила внимание, это наличие парикмахерской, свадебного салона и еще каких-то магазинчиков прямо на территории мечети. Второе, это разные входы для мужчин и женщин. При этом, для мужчин предназначался центральный вход. Тогда как женщинам предлагалось обойти мечеть. Увидеть разницу между ними не удалось, поскольку мне мулла разрешил зайти через мужской вход. Ну-да, какая мне разница, я же не мусульманка.

Оказавшись внутри, я была удивлена еще больше.  Полы в мечети были устланы коврами и ковровыми дорожками. По бокам стояли стеллажи для обуви, около них располагались скамьи. На входе нам предложили снять обувь. Что мы и сделали. Пройдя немного вперед, я увидела молитвенный зал, где на полу, в разных его уголках, сидело небольшое количество людей.  Они либо молились, либо готовились к молитве. Далее, продвигаясь по узкому коридору, я заметила, что на полу лежит что-то похожее на лежанки. Видимо здесь находят приют некоторые мусульмане.  Кроме этого, немного впереди располагался диван, на котором сидели трое мужчин. Склонив головы, они смотрели вниз на выставленные перед собой ладони и вроде что-то тихо говорили. Мулла провел нас мимо них, предлагая войти в дверь,  ведущую к крутой извилистой лестнице. Поднявшись по ней, мы оказались на втором этаже. Внизу находился молитвенный зал. Отсюда  хорошо было видно, каждого, кто в нем был в данный момент и что делал.

Мулла предложил присесть на стоявший около стены диван. Мы присели. Чувство было необыкновенное. Казалось, что я совершаю какой-то большой-пребольшой грех. Успокаивало только одно, причина нашего прихода.

Дело в том, что в далекой сибирской деревне я повстречала бабушку, дагестанку. Она была прикована к постели. Совсем отнялись ноги. Живут они в своем доме вдвоем с дедом. Несколько лет назад они похоронили сына. Есть еще сын, но живет далеко и не часто может их навещать. Да и не в этом дело, просто мне стало ее жаль.  Что я могла для нее сделать? Денег дать? Можно и так, дали мы ей денег. Но мне хотелось сделать что-то для души человека, что-то важное, что-то, что может быть не сделает никто. И я спросила ее, мол, могу ли поставить за нее свечу о здравии в своей церкви. Она очень обрадовалась! И очень благодарила. Выйдя на улицу я поняла, что не знаю, за кого конкретно ставить свечу. Ведь у нас, у каждого православного,  есть имена, которые мы получаем при крещении. А как у них? Я решила вернуться и спросить ее имя, которое мне следует указать. Бабушка написала имя на клочке бумажки и протянув мне, спросила, есть ли в нашем городе мечеть и могу ли я  заказать молитву там. Конечно, могу! Я понимаю, как для нее важно, чтобы именно в мечети за нее читали молитву.  Если бы я оказалась в какой-то глуши, вдали от родины, где нет ни одной православной церкви…  не знаю, как бы я смогла там жить. При этом, я не соблюдаю пост, молюсь только по вечерам и тогда, когда приспичит. Редко посещаю церковь… В общем живу, как большинство православных. Но для меня важно, очень-очень важно, что когда мне плохо, я могу прийти в церковь помолиться, поплакаться о своей беде, рассказать все как есть, попросить о помощи, поставить свечи за себя и родных и, выйдя почувствовать, что стало легче.

Поэтому, мы приехали в мечеть, чтобы просить за совершенно незнакомого человека. Ведь для нее это ТАК важно!

Кстати, когда я спросила, сколько это будет стоить, мулла удивленно ответил: «Это бесплатно! Если хотите, оставьте деньги просто так, сколько сможете». Теперь удивились мы, ведь в нашей церкви каждое действие имеет свою цену.